Что Александр Солженицын думал о Польше и поляках?

Солженицын был солдатом Красной Армии во времена Второй мировой войны, арестованным в 1945 г. за резкие высказывания в адрес Сталина в частных письмах. Он был приговорен к 8 годам лагеря, и опыт заключения стал основой его творчества. После выхода на свободу Солженицын отправился в ссылку в Казахстан. В 60-е годы он начал издавать свои произведения (в том числе «Один день Ивана Денисовича» — 1962), что сделало его символом оттепели. В 70-е годы советские власти выслали его из страны, после чего Солженицын жил в Швейцарии и США. В Россию он вернулся в 1994 г.

Помимо «Одного дня Ивана Денисовича», его наиболее важными произведениями являются «Архипелаг ГУЛАГ» (1973) — монументальное произведение, документирующее систему трудовых лагерей в СССР, имеющее ключевое значение для мирового сознания о советском тоталитаризме, «Раковый корпус» (1968), «В круге первом» (1968) и «Россия в обвале» (1998) — сборник эссе о состоянии постсоветской России.

Солженицын был критиком коммунизма и советского тоталитаризма, но также и критиком либерального Запада. Он подчеркивал важность духовности, православной традиции и морального обновления России. В своих поздних произведениях он подчеркивал, что Россия не должна следовать за Западом, а должна развивать свой собственный, русский путь. Солженицын считается свидетелем преступлений коммунизма. В России к нему относятся неоднозначно — с одной стороны, он является антитоталитарным героем, с другой — его обвиняют в национализме и консерватизме. После смерти в 2008 году он был удостоен чести со стороны российского государства (Путин посещал его семью, а в 2018 году отмечалось 100-летие со дня его рождения).

В эссе «Как нам обустроить Россию?», опубликованном в 1990 г. в журнале «Комсомольская правда» и ставшем предметом широкой дискуссии, писатель изложил свое видение будущего России на пороге распада СССР. Солженицын предвидел падение советской империи и предлагал добровольное отделение республик Средней Азии и Кавказа. Он считал, что Россия не должна удерживать их и силой поддерживать единство.

Поэт писал, что удержание нерусских регионов губительно для самой России, и предлагал создать новое государство на основе России, Украины, Беларуси и северного Казахстана (регионов, населенных преимущественно русскоязычным и православным населением). Он считал эти народы исторически и культурно близкими, которые должны составлять основу будущей России. Солженицын выступал за демократизацию и самоуправление, осуждая централизованную власть.

Писатель подчеркивал необходимость морального возрождения — отказа от тоталитарного прошлого, возвращения к христианству и духовным ценностям. Он был противником западного либерализма и капитализма в его коммерческой, потребительской форме. Уже в 1990 г. он указывал на демографическую катастрофу этнических русских: снижение рождаемости, алкоголизм, высокую смертность. Чтобы исправить ситуацию, он предлагал укреплять семью, религию и нравственное воспитание, подчеркивая, что Россия должна избегать слепого подражания Западу. Солженицын критиковал американский материализм, потребительство и отсутствие духовности. Он указывал, что Россия должна идти своим путем, основанным на традиционных и духовных ценностях.

Солженицын о Польше

Отношение Александра Солженицына к Польше является одним из наименее исследованных аспектов его мышления, и в то же время оно раскрывает напряжение между антитоталитарным опытом, общим для поляков и русских, и русским имперским взглядом, глубоко укоренившимся в его мировоззрении. Солженицын не раз обращался к судьбе поляков в своих исторических анализах и политических размышлениях. В то же время он как будто инстинктивно опасался Польши. Это его двойственное мнение об отношениях между двумя народами, пожалуй, является характерной чертой русских. Об этом знает пропагандистская машина этой страны и умело это использует.

Поляки–сокамерники в ГУЛАГе

Наиболее положительный образ Польши у Солженицына связан с его воспоминаниями о лагерях. В «Архипелаге ГУЛАГ» он с большим уважением писал о польских политических заключенных, подчеркивая их достоинство, чувство общности и духовную стойкость. По его мнению, поляки выделялись на фоне других национальностей, представленных в лагерях, являясь примером непоколебимости и силы культуры. В этом смысле судьба Польши была для него символом страданий, причиненных тоталитарным режимом, и в то же время примером духовного сопротивления.

Критика польских стремлений к независимости

В то же время Солженицын с большой осторожностью относился к политическим устремлениям Польши. В его политических трудах, особенно в «Как нам обустроить Россию», присутствует критика ягеллонской идеи, то есть идеи Польши как многонационального государства, включающего литовские, белорусские и украинские земли. Солженицын считал, что такие устремления исторически приводили к ненужным конфликтам с Россией, а в XIX веке — к трагическим восстаниям, которые принесли полякам страдания, но не дали им независимости.

Границы и территориальный вопрос

По мнению Солженицына, послевоенная Польша должна была смириться с границами, установленными в 1945 году, признав свои права на западные земли, но без претензий на восточные. По его мнению, восточная граница Польши была исторически и этнически российско-белорусско-украинской, а ее споры о Кресах препятствовали нормализации польско-российских отношений.

Католицизм как сила и препятствие

Солженицын с уважением относился к католицизму как к основанию польской национальной идентичности. Он отмечал, что именно религия позволила полякам пережить раскол страны и коммунистический режим. В то же время, будучи православным мыслителем с консервативными убеждениями, он видел в католицизме элемент, чуждый русскому духовному миру, что делало полное духовное примирение между Польшей и Россией, по его мнению, затруднительным.

«Солидарность» и Иоанн Павел II

Солженицын с признанием писал о движении «Солидарность», видя в нем подлинное национальное пробуждение, укорененное в традиции, а не вдохновленное Западом. Он также подчеркивал роль Иоанна Павла II как духовного лидера, хотя и не полностью разделял его видение свободной, демократической и объединенной Европы, опасаясь, что это может означать маргинализацию России.

Таким образом, отношение Солженицына к Польше было сложным. Оно было отмечено внутренним противоречием. Он восхищался поляками за борьбу с коммунизмом, но, так же как и среднестатистический россиянин, опасался возрождения в независимой Польше каких-то деструктивных настроений по отношению к России! Похоже, он опасался идей, связанных с польскостью в эпоху после падения коммунизма. Польша, героически борющаяся с коммунизмом, вызывала его восхищение.

Польша после коммунизма — уже нет. Солженицын боялся, что Польша может заразить идеей свободы и политической независимости славянские народы: белорусский и украинский, которые он считал генетически связанными с Россией. Поэт опасался польского «господства душ» над ними и боялся, что если это произойдет, то вызовет распад России.

Манипуляции дезинформаторов

Российская пропаганда и дезинформация неоднократно использовали взгляды Александра Солженицына для легитимизации антипольских нарративов. Хотя сам Солженицын имел неоднозначное отношение к Польше, его критика польских национальных устремлений и территориальных притязаний выборочно цитируется в российских СМИ, чтобы представить Польшу как исторического агрессора. Мысли Солженицына каннибализируются пропагандистами.

1. Выборочное цитирование в российских СМИ

Российские пропагандистские СМИ часто цитируют фрагменты Солженицына, в которых он критиковал польские национальные восстания и территориальные устремления, одновременно умалчивая о его признании польских страданий в лагерях и уважении к польской национальной идентичности. Такое выборочное цитирование имеет целью представить Польшу как государство, которое в прошлом представляло угрозу для России.

2. Использование Солженицына в имперских нарративах

В российской пропаганде Солженицын представлен как авторитет, который предупреждал о польском империализме. Его взгляды на восточные границы Польши и ограничение территориальных устремлений используются для обоснования российской политики в отношении соседних государств, в том числе Польши. Он представляется мудрецом, который подтверждал российский рациональный подход в контексте отношений с Польшей.

3. Инструментализация в антипольских нарративах

Российские пропагандистские источники используют в отношении Солженицына несколько типичных приемов. Прежде всего, имеет место выборочное цитирование. Приводятся фрагменты критики Польши со стороны Солженицына, а фрагменты, говорящие об уважении к польскому народу, опускаются. Происходит преувеличение исторической критики в российско-польских отношениях.

Его предупреждения о польских национальных восстаниях представляются как доказательство «вечно агрессивной Польши». Игнорируется естественное стремление к восстановлению независимости. Акцент делается на критике территориальных притязаний и исторических национальных восстаний, а его уважение к польской идентичности, страданиям и свободолюбивым движениям игнорируется.

Кроме того, цитаты из сочинений Солженицына всегда сопровождаются критикой современной политики Польши. Фрагменты его сочинений используются в нарративах, предполагающих, что современная Польша является продолжением исторической. В российском восприятии Солженицын становится моральным и историческим авторитетом, чьи взгляды якобы подтверждают российские тезисы об угрозе со стороны Польши. Такое использование его мыслей является классическим примером использования литературного и интеллектуального авторитета для легитимизации исторической политики и пропаганды.

Демография

Отношение Солженицына к Польше невозможно понять без отсылки к уже упомянутому контексту демографической катастрофы в России. Концепция единства восточных славян, провозглашенная Солженицыным как условие существования России, которой якобы угрожает Польша, становится понятной, если принять во внимание этнически русские регионы (так называемое русское ядро).

Этнические русские (восточные славяне, православные) преобладают главным образом в центральной и северо-западной частях Российской Федерации. Там доля русских обычно достигает 80-95 процентов. Центральная Россия — это Московская, Тверская, Смоленская, Владимирская, Калужская, Рязанская, Новгородская, Воронежская, Липецкая, Тамбовская, Белгородская и Курская области. Северо-западная Россия — это Санкт-Петербург и Ленинградская, Новгородская и Псковская области. Поволжье (частично) также является областью доминирования русских. Здесь находятся Саратовская, Пензенская и Кировская области.

Север европейской России, то есть Архангельская, Вологодская и Костромская области, также преимущественно населен русскими. Урал также можно отнести к регионам, где преобладают русские (Свердловская, Челябинская и Пермская области), хотя здесь уже с большей долей татарского и башкирского населения. Западная Сибирь: Новосибирск, Омск, Томск, Кемерово — это также регион, где этнические русские составляют большинство, хотя здесь наблюдается большее разнообразие. Таким образом, это и есть собственно Россия. Вторая часть России — это смешанные регионы, где проживает большое количество русских, но также и другие группы коренного населения, завоеванного царями. Это Татарстан и Башкортостан. Русские здесь часто составляют 35-45 процентов, наряду с татарами и башкирами.

К этой «второй России» можно отнести Восточную Сибирь и Дальний Восток. Крупные города (Иркутск, Красноярск, Хабаровск, Владивосток) в основном русские, но во всем регионе проживают значительные коренные меньшинства (буряты, якуты, эвенки). И, наконец, в состав России входят нерусские регионы, где русские составляют меньшинство. Северный Кавказ: Чечня, Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария, Северная Осетия — здесь русских очень мало (часто менее 5-10 процентов). Якутия (Саха): русские составляют около 40 процентов, остальные — коренные якуты. Тува, Бурятия, Калмыкия: этнические русские составляют меньшинство или половину населения. Чечня, Ингушетия, Дагестан: практически «очищены» от русского населения после войн 90-х годов.

Все это является результатом того, что в XX веке Россия пережила три неудачные перестройки государства. Сначала это была попытка царской модернизации, затем государственный коммунизм, а после его краха — рыночный капитализм, который перерос в диктатуру Путина. Неудачи в модернизации России и отсутствие устойчивой социальной и экономической трансформации привели к демографическому коллапсу в России.

Таким образом, «русское ядро» неумолимо сокращается в демографическом плане. Это вызвано низкой рождаемостью, старением населения и эмиграцией. В то же время мусульманские и сибирские регионы растут: более высокая рождаемость и более молодая возрастная структура. В результате в перспективе двух-трех десятилетий доля этнических русских во всей Федерации может снизиться с нынешних примерно 72 процентов до примерно 60 процентов или менее. «Русское ядро» (центральные и северо-западные регионы, западная Сибирь) систематически опустевает.

Заключение

В отношении Александра Солженицына к Польше уважение к ее страданиям и духовной силе сочеталось с критическим взглядом на ее политическую традицию и территориальные устремления. В этом смысле Польша была для него как близким союзником в опыте коммунизма, так и потенциальным соперником в политической и цивилизационной сфере. Эта неоднозначность прекрасно иллюстрирует напряженность между российской имперской мыслью и общностью судеб народов Центральной и Восточной Европы в XX веке. Хотя сам Солженицын относился к Польше двойственно, но в целом с большим уважением, российская пропаганда выборочно представляет его взгляды в выгодном для антипольской риторики свете.

Марек Мельник